ПлеменнойпитомникСибирскийДвор

К вопросу о возможном происхождении собаки

"Научный сборник РФСС", №3


Стр. №1, №2

Шпицеобразные

Типичный экстерьер. Компактные, близкие к квадратному формату собаки крепкого сложения. Грубое сложение характерно для пород, испытавших прилитие молоссоидов.

Кожа эластичная, с хорошо развитой подкожной клетчаткой, достаточно плотно прилегает к корпусу.

Голова соразмерна корпусу. Черепная часть широкая, у недекоративных пород плоская. Хорошо выражены скулы, морда заостренная, хорошо заполненная в основании. Челюсти сильные. Уши в норме стоячие, треугольной формы. Глаза достаточно защищены глазницами, надбровные дуги могут быть выражены.

Шея высоко поставлена, относительно длинная, округлая в сечении с хорошо развитой мускулатурой. Корпус мощный, компактный, с развитой, но не выделяющейся рельефно мускулатурой. Грудь распахнутая, широкая и глубокая, ребра округлые. Живот подтянут.

Хвост обильно одет шерстью, чаще всего закручен в кольцо и держится закинутым на спину. Хвост иной формы (полено) чаще бывает длиной до скакательных суставов.

Конечности типичные для собак квадратного формата. Углы сочленений хорошо выражены, мускулатура развита. Пясти и плюсны сухие, поставлены отвесно. Лапы в комке, округлые.

Шерсть обильная, с густым подшерстком, обычно хорошо развит украшающий волос. Из окрасов нетипичны мраморный, голубой.

В целом шпицы также весьма монотипичны. Варьирует индекс высоконогости и обильность шерстного покрова. Для декоративных пород характерны изменения изгиба шейного отдела позвоночника, зачастую связанные со сколиозом. У них же часты признаки гипофизарной карликовости (круглый лоб, выпученные глаза). Описано явление ахондроплазии.

На наш взгляд, ряды сходных мутаций по описанным группам не выстраиваются. Для каждой группы характерен вполне специфический набор и это притом, что и гончие, и шпицы скрещивались с молоссоидами в течение истории неоднократно. Интересно, что наиболее вариабельной группой оказались именно молоссоиды; вот кто продемонстрировал чуть ли не полный набор мутаций, свойственных виду, и практически всю палитру окрасов.

Можно, наверное, говорить о разных направлениях селекции в группах, но любому практику известно, как сложно избавить популяцию (даже не породу) от носителей нежелательного признака. Яркими примерами тому служат борьба с крипторхизмом, тазобедренной дисплазией, когда даже выбраковка линий и семейств носителей не улучшала существенно состояние конкретной породы. На наш взгляд, разные наборы мутаций в породных группах говорят скорее не о разных селекционных векторах, а происхождении от разных предков, представителей одного рода Canis .

Приходится подчеркнуть и еще один момент, связанный с родством в роде Canis .Уже давно устарело представление, что скрещиваются и дают плодовитое потомство только представители одного вида. На самом деле отнюдь не редкость плодовитое скрещивание между близкородственными видами. В данном случае с определенными сложностями, либо, напротив, с легкостью необыкновенной собака домашняя гибридизируется с такими носителями сходного с собственным кариотипа ( n =78), как волк, шакалы золотистый и чепрачный, койот. Высокая идентичность кариотипа в семействе свидетельствует, согласно А.С.Графодатскому, что предок всех Псовых обладал высокохромосомным кариотипом. Расхождение волка, койота, шакалов, собаки на отдельные виды произошло в плейстоцене не более 1 млн. лет назад.

Помимо анализа костных останков и сопоставления кариотипов весьма интересно сравнение этограмм анализируемых видов. Мы уже упоминали фундаментальный труд M . Fox . Собственные наблюдения за волками, шакалами, лисицами и несколькими аборигенными породами собак привели нас к вполне определенным выводам.

Этограммы шакала и лисицы резко отличаются от этограммы волка и собаки. Данное отличие усугубляется при получении межвидовых гибридов. Создается ощущение, что сложные формы адаптивного поведения просто не могут полноценно сформироваться. Комплексы фиксированных действий воспроизводятся по шаблону одного из родительских видов, при этом в любой момент возможен сбой наследственной поведенческой программы.

Очень показательна работа Л.В.Крушинского по скрещиванию волков с гиляцкими лайками. В потомстве гибриды расщеплялись в соотношении 1:1 по признаку отношения к человеку и иным сильным раздражителям. Половина волко-собак демонстрировала крайнюю степень трусости и при появлении человека забивалась в дальний угол клетки. Оставшиеся демонстрировали столь же патологическую "мертвую злобу", кидаясь на решетку и грызя ее, при любой попытке приблизится. Понятно, что доминирование столь мощных мотиваций мешало осуществлять любые иные потребности и связанные с ними формы поведения.

И.Г. Гурский и Л.С. Рябов, многократно наблюдавшие волко-собак в естественных условиях, подчеркивали крайнюю дерзость и даже своеобразную "бесшабашность" этих зверей в нападении на домашний скот, а при помехе и непосредственно на людей. Так, волко-собаки часто совершали самые настоящие налеты на скотные дворы (чего никогда не делают чистокровные волки): среди бела дня, не боясь криков доярок, буквально сшибая тех с ног. Нетрудно сделать вывод, что вредителями становились гибриды с патологически высоким уровнем агрессивности и самоуверенности.

Попытки улучшать собак прилитием крови волков делались неоднократно. Авторам ни разу не удалось увидеть своими глазами подобный "улучшенный" за счет гибридизации экземпляр. Виденные нами гибриды были трусливы и мало эффектны с точки зрения экстерьера. Лишь широко распространенные легенды о "Белом Клыке" твердят о ценности таких экземпляров. Подобные рассказы весьма однообразны. Рассказчик повествует о том, что у его деда (дядьки, давнего таежного знакомца) был пес от лучшей зверовой суки и волка. Разумеется, зверь был ума немереного, возможностей неслыханных, чутья сверхъестественного. Просьба показать хотя бы фотографию ни разу успехом не увенчалась.

Чешские кинологи в 80-х гг. гибридизировали-таки волков с собаками. Длительное разведение гибридов в себе дало собаку среднего роста, бедноватого костяка и, мягко говоря, не самую смелую.

В опытах E . Zimen (1979) проводили скрещивание пуделей с волками и с шакалами (две разные серии опытов). Гибриды отличались повышенной возбудимостью, трусливостью. Аналогично шакало-собачьи гибриды, полученные К.Сулимовым, хоть и обладали очень острым обонянием, но были сверхосторожны. Эти животные даже в Y поколении панически боялись посторонних людей и крайне неохотно покидали знакомую с детства территорию питомника и одорологической лаборатории.

В свете выяснения поли - или монофилии вида представляется весьма продуктивным проанализировать особенности поведения собак в разных группах пород.

Рассмотрим основные сложные формы поведения: социо-половое, родительское, игровое, территориальное, поведение мечения, исследовательское, пищевое и пищедобывающее. Отдельно оценим легкость включения агрессии на человека, поскольку этот сугубо практический вопрос всегда живо волнует аудиторию.

Авторы наблюдали поведение собак следующих породных групп: борзые (русская псовая, хортая, южнорусская степная, тазы, тайган, бахмуль), молоссоиды (кавказская, среднеазиатская овчарки), шпицеобразные (ездовые лайки, оленегонный шпиц, местные отродья зверовых лаек Архангельской обл.). Животные были выращены и содержались стаями.

О поведении гончих авторы, к сожалению, могут судить лишь по литературе и видеофильмам. Мы искренне благодарим О.И.Шилову (племенной питомник биглей "Кара-Урус") любезно предоставившую массу ценной информации. Будем в сжатой форме описывать особенности перечисленных форм поведения, чтобы в конечном итоге сравнить их в разных генеалогических группах.

Борзые.*

Собаки обладают очень сложным социальным поведением. Им свойственна высокая терпимость к соплеменникам. Пожалуй, именно у этих собак самая маленькая дистанция сближения среди прочих. Борзые могут часами лежать, тесно прижавшись друг к другу, ночевать в вольере площадью 8 кв. метров в количестве полутора десятков и не испытывать видимого дискомфорта.

Введение в стаю нового щенка просто не представляет проблем. Суки обнюхивают его, тычут носами и позволяют заняться исследованием нового жилища. Кобелей маленький щенок интересуют значительно меньше, чем сук. Они проявляют к нему самый поверхностный интерес.

В группу можно ввести и половозрелых животных, при условии, что они не будут изначально заявлять претензий на высокий ранг.

Весьма специфичны демонстрации притязаний. Очень многое высокоранговые животные обозначают пристальными взглядами. Вожаку зачастую достаточно бывает в упор всмотреться на претендента на кусок мяса, чтобы тот отошел, отвернувшись. Следующая в ряду эскалации конфликта демонстрация – это оскал с сильно наморщенным носом. Далее следует лязганье зубами с короткими выпадами. Если соперник и тут не отказывается от притязаний, конфликт обычно переходит в малоритуальную фазу.

Сигнализация с помощью звуков мало распространена. При конфликте рычание очень редко. Еще более редко облаивание. Лишь во время неритуальной драки борзые взлаивают и рычат, подобные звуки издают и молодые собаки во время полуигровых стычек за социальный статус.

В качестве дистантных сигналов обычен вой (сбор стаи, перекличка). При преследовании борзая молчит; только вислоушки могут взлаивать от возбуждения, идя по следу.

Интересно, что среди борзых очень распространены пары лояльных союзников (чаще всего это братья-однопометники или кобели-ровестники). В случае прямого агрессивного столкновения претендент-одиночка вполне может быть втянутым в драку с обоими союзниками. При очень высокой ритуализации начала конфликта, собственно столкновения, если до этого все же дошло, что бывает редко, весьма грубы и кровопролитны. Шкура борзой легко травмируется и наложение более десятка швов после драки кобелей – дело нередкое.

Притом, что ввести новое животное в группу достаточно просто, столь же легко превысить некую внутреннюю "емкость" группы. В этом случае одно из животных оказывается на положении изгоя. Такой "персоной нон грата" не обязательно станет новичок, ею может быть кобель или сука, не пользующиеся привязанностью или авторитетом у других борзых. Участь изгоя печальна. Если он не может сбежать из стаи, то его уделом становится гибель от социального дистресса (инфаркт, язва желудка и т.д.). Были случаи, когда такое "нелюбимое" животное становилось объектом жестокой совместной атаки всей стаи, и спасти его было сложно. В подобной атаке с прицелом на убийство одинаково энергично выступали и кобели и суки, без разбора рангов и вне зависимости от пола объекта атаки.

В целом же, повторимся, в социальных взаимоотношениях борзые очень толерантны, высокоритуализированы и терпимы.

Родительское поведение оказывается весьма сложным. Суки очень внимательны к своим и чужим щенкам. С ними с удовольствием возятся, кормят. Нередко суки, ощенившиеся примерно в одно время, устраивали своеобразный "детский сад", собрав вместе все пометы. Одна из матерей грела щенков, кормила, присматривала, пока другие гуляли и отдыхали. Зачастую няньками и кормилицами становились еще ни разу не рожавшие суки. Случаев убийства чужих подсосных щенков мы у борзых не наблюдали.

Кобели к новорожденным проявляют умеренный интерес, хотя щенков от них не прячут. Высокоранговые кобели, особенно доминант, регулярно угощали щенков отрыжкой в ответ на бурную церемонию приветствия.

По мере подрастания щенков у них возрастала доля игрового поведения. Основными ее формами были манипуляции с крупными предметами (чаще всего костями) и взаимные догонялки. Взрослые собаки в играх щенков участвовали мало. Слишком расшумевшихся щенков утихомиривали пристальными взглядами. В целом игра, как и можно ожидать для высоко социальной собаки, занимала значительную долю времени, хотя, повторимся, и не была слишком разнообразна по формам.

Территориальное поведение у борзых развито слабо. Вечерними спевками стая отмечала свои границы. Были случаи нападения на некрупных дворняг, оказавшихся глубоко на территории, тем не менее, даже ритуальных угроз при проходе чужих собак вдоль границ стаи практически не было. От человека борзые территорию не охраняют вовсе.

Поведение мечения связано с социо-сексуальными отношениями. Практически все кобели перемечали след течной суки, молодые без полового опыта животные стремились метить и за всеми собаками с резким изменением запаха.

Исследовательское поведение с помощью обоняния для европейской борзой является нежелательным элементом в работе. Тем не менее, молодые собаки, по первому полю активно принюхивались к окружающему. А вот внимательно осматриваться собак приходилось учить.

Здесь мы непосредственно переходим к описанию охотничьего поведения. Прежде всего, это поведение имеет критический период. Вовремя непритравленная борзая охотиться не умеет. Она интересуется зайцем, азартно скачет, догоняет, но не делает броска, завершающегося поимкой. Иные собаки так и бежали рядом с добычей, предлагая зайцу поиграть, приглашающе тыча в него носом. В целом поведение высоко специализировано, по нему непосредственно вели целенаправленную селекцию. Несмотря на многочисленные попытки, современные псовые на волка не охотятся, явно опасаясь этого серьезного хищника. Вислоушек часто используют для ловли лисиц, рассказывают, что до сих пор сохранилась совместная охота тазы или тайганов и ловчего беркута на волка.

Отметим, что собирательство мелкой добычи никакого отношения к охотничьему поведению не имеет. Без специальной притравки молодые собаки принимались ловить крыс и мышей.

Об отсутствие территориальной агрессии на человека уже говорилось. В целом по группе велась очень жесткая селекция против данного признака. По крайней мере, при псаренном разведении в XIX веке агрессивных борзых уничтожали. Но даже при значительно более мягком отношение к данному признаку в XX веке злобных к человеку борзых можно было сосчитать по пальцам. Авторам известны лишь два кобеля русской псовой, регулярно пускавшие в ход зубы. Среди вислоушек подобных поведенческих уродов нам не встретилось.

Гончие. По своему поведению весьма близки к борзым. Социальное поведение хорошо развито. Высока социальная толерантность – размеры стай могут быть очень велики, при относительно невысокой напряженности отношений между членами стай. Гончих издавна содержали на псарнях очень большими сообществами (согласно фундаментальной сводке конца XIX в. М.Губина, стая гончих в хорошей комплектной охоте включала не менее 40 собак). В стае собаки едят не только одновременно, но и из одной емкости (это норма и для борзых). Достаточно обучения в щенячьем возрасте, чтобы драк во время еды не возникало.

Не возникает иерархических столкновений и во время движения стаи к месту охоты – несколько десятков собак идут за вожатым, не мешая друг другу, не обращая внимания ни на что, кроме команд человека. Во время охоты не случается стычек и с собаками из чужих стай, более того, на помощь одной стае можно выпускать собак другой.

Введение в стаю нового члена не представляет серьезных проблем: контроль со стороны человека нужен только на первые минуты знакомства. При развитии конфликта его достаточно легко купировать.

Поведение высоко ритуализированно, мимика достаточно богата.

Материнское поведение сходно с таковым у борзых, вплоть до устройства "детских садов".

Становление игрового поведения также ничем принципиальным не отличается от такового у борзых.

Вообще, основные блоки поведения у гончих и борзых очень сходны.

В большинстве пород хорошо развита звуковая сигнализация. По этому признаку все гончие, кроме так называемых немых, отбирались с особенной тщательностью. Во время преследования гончая должна не только все время подавать голос, но и сигнализировать с его помощью обо всех перипетиях преследования (и о том, какого зверя гонит, и о "видах на урожай"). Голос должен быть сильным, музыкальным (не случайны традиционные клички "Флейта", "Гобой", "Башур"). Звуковая сигнализация, разумеется, используется и при общении с соплеменниками, по этому признаку гончие сильно отличаются от борзых.

Охотничье поведение в целом являлось предметом тщательной селекции. В задачу гончих входит отыскание следа добычи по запаху и преследование по этому следу, пока зверь не будет выгнан под выстрел или, в классической комплектной охоте, в поле, где его и ловят борзые. Нетравильная гончая зверя ловить и, тем более, умерщвлять не должна. Таким образом, у гончих тоже пищедобывательное поведение оторвано от охотничьего.

В норме гончие неагрессивны к человеку, подобную реакцию можно спровоцировать только неверным воспитанием, поощрением злобы. Интересно, что подобные, с позволения сказать, растравленные гончие зачастую произодят впечатление животных с расшатанной психикой.

Молоссоиды. Кавказским и, особенно, среднеазиатским овчаркам присуще высоко развитое социальное поведение. Как правило, размеры стай относительно невелики. В традиционных условиях при отаре находится 4-6 собак, из них всего лишь одна, редко две суки.

При заводском разведении в питомниках стабильными оказываются значительно большие стаи. Между собаками в разновозрастной стае складываются сложные отношения. Параллельно существуют социальные структуры сук и кобелей. Отношения между суками очень жесткие, мало ритуализированные. Для поддержания порядка необходимо вмешательство кобеля-доминанта. В его отсутствие между взрослыми суками практически неизбежны неритуализированные драки. В ряде случаев такие столкновения приводили к увечьям участниц, либо гибели одной из них.

Язык демонстраций отличается от такового у борзых. Взгляд на противника – всего лишь один из элементов угрожающего поведения. Он мало символичен, исполняет практические функции (выцеливание точки атаки). Очень разнообразны мимические движения (высоко сходство с волчьей мимикой). Несмотря на низко купированные уши, изменения их положения используется широко и явно хорошо "читается". Разнообразны оскалы, ритуализированные броски, демонстративные обозначения укусов. Вокализация довольно ограничена. Наиболее частый сигнал угрозы – рычание, подчиняющаяся собака может визжать. Во время драки, в том числе при нападении на человека, собаки молчат. Возможно облаивание при обозначении границ территории, вой при сборе стаи.

Широко используются просьбы и позы подчинения. Особенно часто к ним прибегают молодые животные и суки, желающие блокировать агрессию старших по рангу кобелей.

Ввести взрослую собаку в сформированную стаю практически невозможно. Кобель становится объектом агрессии не только вожака, но и наиболее опытных взрослых сук. Сука, даже при интересе к ней вожака, будет атакована другими самками. Конфликты с чужаком, попавшим на территорию стаи, если он не подчиняется и не демонстрирует готовности бежать прочь, обычно мало ритуальны. Неполовозрелый щенок может быть усыновлен. Облегчает этот процесс нанесение запаха стаи на новичка (натирание щенка подстилкой одной из собак и кормление его в течение нескольких дней перед представлением обычной для прочих собак пищей).

Интересно, что и у среднеазиатских овчарок, и у борзых есть демонстрация, адресованная непосредственно человеку, которому собака симпатизирует, - это улыбка. Однако рисунок улыбки принципиально различается. Улыбающаяся борзая наморщивает морду, вздернув мочку носа и свернув губы так, что видны практически все зубы. Среднеазиатская овчарка приоткрывает пасть и растягивает губы так, что на морде появляется выражение, действительно похожее на улыбку человека. Демонстрация, сходная с улыбкой борзой, у среднеазиатской овчарки может появиться в конфликтной ситуации, когда внезапно атакованная собака пытается решить, как ей реагировать на незаслуженное нападение.

Лояльные союзы у среднеазиатских овчарок чаще наблюдают между матерью и взрослой дочерью. Обычно они оказываются очень долгими и сохраняются до последних дней жизни матери. Часто старая сука активно участвует в воспитании родных внуков, порой даже начинает лактировать. Однако, случается значительно реже, пара мать-дочь может и распасться после ощена молодой суки.

И у кавказских, и у среднеазиатских овчарок суки достаточно часто проявляют агрессию на чужих подсосных щенков, стремясь их уничтожить. Совместное выращивание пометов несколькими суками – явление крайне редкое. В норме суки прячут помет от других самок и яростно защищают от них щенков. Кобели агрессии к щенкам не проявляют, но всерьез начинают заниматься с ними лишь во втором периоде социализации.

Суки на долгие годы сохраняют приязненные отношения к собственным взрослым детям. Кобели жестко третируют подросших сыновей, требуя безусловного подчинения. Взрослым дочерям явно симпатизируют, реагируя на них как на потенциальных брачных партнерш.

У щенков разнообразное игровое поведение. Манипуляции с предметами не менее привлекательны, чем игры с однопометниками или взрослыми собаками. Родители и другие члены стаи активно вовлекают щенков в социальные игры. Опытные матери много времени уделяют обучению щенков приемам борьбы с соплеменниками, уловкам, позволяющим догнать и сбить с ног убегающего. В этих играх молодняк обучают, в том числе и демонстрациям подчинения, просьбы.

Территориальное поведение развито в высочайшей степени. Собаке обязательно надо заявить свои права на обитаемую территорию, выяснить ее границы. Интересно, что такое поведение распространяется не только на обитаемую территорию. Взрослые волкодавы склонны охранять любое место, с которым они успели ознакомиться, особенно если там есть ценные для них объекты. Таким образом, "территорией" оказывается и отара в местах традиционного разведения, и машина хозяина при городском содержании и даже столбик, к которому собаку привязали на полчасика в ожидании поезда.

Поведение мечения выражено очень хорошо. Высокоранговые кобели обязательно тщательно метят территорию, отмечают маршрут движения. Для сук мечение более характерно в период течки, либо как демонстрационный элемент в конфликтной ситуации (начало драки между суками).

Исследовательское поведение хорошо выражено и у молодых, и у взрослых собак. На знакомой территории новый предмет находят очень быстро и подробно исследуют. При движении в незнакомом месте собаки четко выделяют предметы, чем-то отличающиеся от окружения. Исследуют с помощью обоняния, трогают лапами, зачастую "пробуют на зуб".

Охотничье поведение не селектировалось специально и наблюдается зачастую в полном объеме. Подрастающие щенки начинают заниматься собирательством, ловя грызунов, ящериц и т.п. Есть сообщения об использовании САО в Средней Азии в качестве травильной собаки на кабана. В средней полосе часты попытки собак ловить зайцев, копытными интересуются слабо. Волк в местах традиционного использования – обычный объект территориальной агрессии. Противостояние стаи САО и стаи волков описано и для России. К медведю отношение очень настороженное, собаки явно представляют опасность зверя и не стремятся без прямого указания хозяина вступать с ним в бой.

Агрессия к человеку у аборигенных среднеазиатских и кавказских овчарок зависит от традиций конкретного местообитания. В одних районах собаки нападают лишь при приближении к отаре, в других могут атаковать в темное время суток в селении. В России собаки заводского разведения известны как прекрасные караульные собаки. В силу особенной селекции у кавказских овчарок легче проявляется агрессия на чужого человека в любой ситуации. Среднеазиатские овчарки энергично защищают территорию, собственность владельцев, в иных условиях индифферентны к посторонним.

Шпицеобразные. Зверовые лайки в местах традиционного использования держатся большими стаями. Социальные отношения достаточно сложны, иерархия гибкая. Напряженность взаимоотношений в структурах кобелей и сук относительно невысока. В пределах одного селения собаки достаточно лояльны друг к другу. Демонстрации угроз и просьб разнообразны. Мимические движения четко выражены. Набор оскалов разной выраженности в сочетании с изменениями наклона и разворота ушей обеспечивают богатые возможности для выражения намерений.

В ритуальных взаимодействиях широко используют звуковые сигналы (лай, рычание). Собственно для собак данной группы очень характерен лай при любом возбуждении, что и послужило для обозначения группы (лайки – лающие собаки).

Драки между кобелями достаточно ритуализованы. Соперники способны оценить силы друг друга и без непосредственного столкновения. Суки, как и в иных породах, менее способны к ритуализации, тем не менее, драки, приводящие к убийству, отсутствуют.

Введение взрослой собаки в стаю под контролем человека в принципе возможно. Обычно собака занимает свое место в стае после нескольких стычек с хозяевами территории.

Лояльные союзы в принципе возможны, но, при относительно невысокой внутренней агрессии, союзников достаточно трудно выявить при наблюдении.

Совместное выкармливание щенков не наблюдается. Истребление чужих подсосных щенков вполне возможно, если сука неопытна и плохо прячет логово. Кобели маленькими щенками не интересуются, в воспитании подростков принимают активное участие. Щенков обучают демонстрациям подчинения, добиваются от них ритуализации конфликтов и социальных игр.

Игровое поведение хорошо развито, в том числе игры с предметами, социальные игры, игры с элементами исследовательского поведения.

Территориальное поведение выражено слабо, хотя возможен конфликт при попытке странствующей стаи молодых кобелей зайти в чужое селение, где обитает сложившаяся оседлая стая.

Поведение мечения служит скорее для обозначения маршрута, чем для фиксации границ территории. С помощью запаховых меток собаки обмениваются информацией об индивидуальных особенностях.

Молодые лайки с большим увлечением исследуют окружающее, стараются изучить участок вокруг селения. Исследование территории тесно смыкается со становлением охотничьего поведения.

На специфическое охотничье поведение идет отбор. Интересно, что формирование его происходит без столь резко выраженного критического периода, как у борзых. Зачастую встречаются лайки с поздним пробуждением интереса к дичи, начинающие работать не в первый год жизни. В промысловых деревнях таких собак обычно выбраковывают. Собака, не интересующаяся дичью, при первых выходах в лес, просто не пытающаяся сопровождать туда охотника, уничтожается. Нет селекционного запрета на поедание добычи – собака зачастую в качестве вознаграждения получает тушку белки или какую-либо другую малоценную часть добычи. В норме на охоте лайка питается за счет результатов собственного труда: никакой особой пищи для собаки промысловик не берет.

Агрессия на человека у зверовых лаек возможна, хотя не поощряется и на нее не идет отбор. Собака может атаковать, будучи загнанна незнакомым человеком в угол, при попытке грубо схватить ее.

Поведение в части сложных форм у ездовых лаек достаточно сильно изменено. Собаки в упряжках практически всю жизнь проводят на привязи. Попытки собак выяснить иерархические отношения пресекают, зачастую кобелей в возрасте около года кастрируют, чтобы не дрались и не отвлекались на сук. Часть собак держится беспривязно, не входя ни в одну упряжку. В таких стаях складываются нормальные иерархические отношения.

Суки из упряжек щенятся под помостами, к которым их привязывают. Щенков бдительно охраняют от других сук, поскольку те могут передушить малышей. Подрастая, щенки начинают передвигаться свободно и со временем присоединяются к одной из свободных стай нацпоселка.

Охотничье поведение ездовых собак подавлено практически полностью. Упряжная собака не должна отвлекаться ни на какую добычу.

Агрессия на человека отсутствует, собака может бояться человека, избегать его, но нападать не должна ни при каких обстоятельствах. Во многих местах ездовую лайку, хоть как-то проявившую агрессию, имеет право убить любой и еще потребовать за это вознаграждение с хозяина.

 

Итак, сравним.

Социальность присуща всем группам. Однако у борзых и гончих терпимость к нечленам стаи крайне высока, у лаек выражена средне, волкодавы чужаков не приемлют.

Мимика борзых мало уловима для глаз человека, мимические движения сглажены, звуковой репертуар беден.

У гончих достаточно богатая мимика, демонстрационное поведение в целом. Звуковая сигнализация очень богата и разнообразна. По сути у гончих имеются два "языка": один для общения с сородичами, другой для передачи охотничьих сообщений человеку.

У волкодавов очень богатая мимика, разнообразная, хотя и не часто используемая вокализация.

Лайки практически в равной мере пользуются демонстрациями и звуковыми сигналами.

Родительское поведение . Борзые и гончие очень легко принимают чужих щенков любого возраста. Воспитанием заняты в основном суки, кобели могут подкармливать их и молодняк. Для сук волкодавов и лаек обычно стремление к убийству чужих подсосных щенков. Кобели активно участвуют в воспитании подростков.

Игровое поведение. Для борзых и гончих более свойственны игры с предметами, взрослые практически не вмешиваются в социальные игры молодняка. Щенки-волкодавы для игр пользуются в равной мере зубами и лапами; обычны социальные игры. Взрослые собаки, особенно мать, часто используют игры для обучения приемам борьбы и защиты. Лайчата охотно играют с предметами и друг другом, взрослые собаки вмешиваются в их игры только для обучения нормам социального поведения.

Территориальное поведение. У борзых и гончих отсутствует, у лаек выражено слабо, у волкодавов выражено не просто отлично, но является своеобразным краеугольным камнем. Молоссоиду необходима территория, там он обитает, ее защищает, сколь бы ни был силен враг.

Поведение мечения. Для борзых и гончих мечение - это способ обмена индивидуальной информацией; для лаек, кроме этого, еще и прокладка маршрута; для волкодавов метка – это, прежде всего пограничный столб, а потом уже все остальное.

В исследовательском поведении принципиальных отличий нет.

Пищевое и пищедобывающее поведение. У борзой охотничье поведение путем длительной селекции отделено от пищедобывающего. Охотничье поведение имеет критический период. У гончих была проведена аналогичная селекция; критический период для становления охотничьего поведения не описан. У волкодавов охотничье поведение при возможности его проявить и является пищедобывающим. Собаки очень четко оценивают свои охотничьи возможности. У зверовых лаек получение пищи напрямую связано с результатами охоты. Критический период становления охотничьего поведения как таковой отсутствует, хотя само поведение нуждается в дозревании. У ездовых собак охотничье поведение подавлено.

Агрессия на человека. Борзые прошли длительную селекцию на отсутствие этого признака. Гончие в целом также неагрессивны к человеку, однако эту реакцию, хотя и с некоторым трудом, можно разбудить индивидуально. Волкодавы проявляют агрессию на человека легко, при соответствующем обучении становятся виртуозными телохранителями. Зверовые лайки могут проявлять агрессию в качестве самозащиты, ездовые селектированы на отсутствие агрессии.

Среди рассмотренных форм охотничье поведение и агрессия на человека в части групп испытали непосредственное селекционное воздействие, поэтому из дальнейшего анализа будет уместно их исключить.

Социальное поведение, в том числе особенности демонстраций, различаются во всех трех группах весьма значительно.

Родительское поведение борзых и гончих достаточно сильно отличается от такового у волкодавов и лаек.

Учитывая вовлеченность взрослых собак в игровое проведение молодняка, приходится признать, что родительское поведение волкодавов и лаек также отличается достаточно сильно.

Территориальное поведение волкодавов отличается принципиально от такового борзых, гончих и лаек. Различия в поведении мечения, на наш взгляд, непосредственно связаны с территориальностью.

В исследовательском поведении принципиальных различий не найдено.

Получается, что социальное, родительское, игровое и территориальное поведение в группах борзых и гончих, молоссоидов и лаек различается весьма существенно. Подобное расхождение не вызвано прямой селекцией и различиями в условиях обитания. В таком случае, единственное, на наш взгляд, логичное объяснение различий может крыться в онтогенезе групп, а именно в происхождении этих собак от разных предков.

* Мы будем пользоваться стандартной кинологической терминологией, чтобы не отвлекать читателя на расшифровку специальных "охотничьих слов" типа "доезжачий", "бить на угонке", "паратая выжловка", "пошли в полаз" и пр.


Стр. №1, №2




вверх
При использовании материалов сайта активная ссылка на http://sibdvor.dogweb.ru обязательна ! Copyright DogWeb © 2007